Как устроены онлайн-кинотеатры

Всем привет, Самат Галимов и это подкаст «Запуск завтра». Как технический директор я пытаюсь разобраться, как устроены сложные и интересные штуки. Я зову профессионалов, с которыми можно поговорить простым человеческим языком. Подписывайтесь и слушайте нас везде, где вы слушаете подкасты. А еще наш подкаст теперь выходит на ютубе, на канале либо-либо. Я давно хочу разобраться, как устроены онлайн-кинотеатры. Это очень удобные сервисы, но за удобством кроется сложная техническая работа. Чтобы разместить фильм на платформе, нужно сначала получить его от киностудии, пережать его под десятки разных размеров экранов, защитить его от пиратского скачивания, а еще порекомендовать пользователю фильм, который ему понравится. Михаил Жуков занимается всеми этими вещами в онлайн-кинотеатре OKKO.

Всем привет, я Миша Жуков, CTO Okko Фильмы.

С Мишей я поговорю о том, как тысячи фильмов появляются в онлайн-кинотеатре. Это подкаст студии Либо-Либо, и у нас есть партнер— сервис онлайн-образования Яндекс.Практикум. Если вы хотите стать программистом, дизайнером или датасайнтистом, идите на сайт Яндекс.Практикум и учитесь. Я хотел бы проследить судьбу одного фильма. Как он попадает от кинокамеры до телефона или айпада зрителя. Начинается все, наверное, с того, в каком качестве он вообще приезжает к вам и как он приезжает. То есть это файл? Это много файлов? Что это такое?

Не, ну начинается все задолго до этого. Начинается все с подписания лицензионного соглашения с правообладателем. Вы должны будете заполнить очень много технических опросников, где вас досконально изучат о том, как вы и что вы делаете, ваши процессы, насколько вы безопасны, защищены и так далее. Как только мы прошли этот этап, если договорились по деньгам, все условия заключили, с нами связывается специальный отдел, у крупных мейджоров, который подготавливает контент уже ни к кинопоказу, ни на большом экране, ни в IMAX, а вот именно к такому цифровому домашнему смотрению. Там есть особенности, они и в звуке есть, и в видео есть. В общем, они с нами связываются, они нам предусылают некие сэмплы. Обычно это 10 минут. Мы на них смотрим, мы их пробуем кодировать, смотрим, как у нас это получается или не получается, есть у нас такая техническая возможность. После того, как мы говорим, что да, все окей, можете начинать передавать, мы устанавливаем некий секьюрный транспорт, их может быть несколько систем, как передаются эти файлы.

В каком формате это вообще видео? Это типа .mov файл или это .avi? Что это такое?

Файлы в межстудийном обмене обычно используются в формате, который называется .mxf. И видео может быть представлено либо совсем в сыром виде. Это межстудийный обмен. Монтаж может быть какой-то. Поэтому каждый кадр опорный передается. И в кодек. Считается, что он без потерь. И они просто кадр за кадром лежат. Никакого потокового видеоразжатия нет.

Сколько весит такой один фильм?

Ну, зависит от разрешения и длительности, но, в принципе, ничего удивительного, если он будет весить 100 гигабайт, аптотерабайт, мы видели полтора терабайта файлов, да, такое бывает. И мы это к себе загрузили, и у нас есть специальное хранилище, в котором хранятся именно исходные варианты файлов. Мы их очень бережем, потому что сама доставка, вот эта операция трансфера, она тоже стоит денег. Ну, то есть, мы должны платить за все эти услуги.

А ты платишь, ты имеешь ввиду за трафик?

Нет, нет, помимо трафика ты платишь именно за эту услугу, что тебе файл подготовили, выложили, ты его скачал. То есть вот это фи, оно тоже есть, это условия контракта. Да-да, там как бы на каждом шагу платишь, это нормально.

А если не секрет, о каких суммах идет речь? Типа 100 баксов?

Чуть больше, ну 500, например.

Где ты их хранишь после этого, эти исходники? Ты сказал, что есть безопасное место. Это какой-то сейф, на котором ленты хранятся?

Нет, это просто у нас два дата-центра в Питере и в Москве. Но исходники мы не зеркалируем, в этом нет необходимости. Мы их храним только в Питере. Мы размещаемся в ЦОДе, Tier III, там все безопасно. Туда проход по специальным пропускам и так далее. Сотрудникам все проверяется, межзала, все секретно, секьюрно и так далее.

Окей, ты их скачал и положил себе на диски. Что дальше?

Дальше в дело вступает уже система управления контентом. То есть нужно завести некую запись у себя в базе данных, в каталоге о том, что вот это такой фильм, его снял такой-то режиссер, в нем играют какие-то актеры. То есть вот это все описать. У нас есть специальная ферма для транскодирования файлов. Туда заводится задача о том, что вот эти файлы исходные, их нужно скодировать для таких-то устройств выходных. И эта ферма, у нее постоянно идет поток, она постоянно все кодирует. Этот файл встает в очередь, когда до него дело доходит, то его, соответственно, забирает ферма к себе, там она его транскодирует. Что такое транскодирует? Этот исходный файл, который мы скачали у студий, его ни один мобильный телефон, ни один телевизор никогда в жизни не проиграет. просто потому что он слишком хорош для этих устройств. Для того, чтобы это стало возможно, для того, чтобы просто сам видеокодек сложился, контейнер был понятен.

Что такое кодек?

Это формат сжатия для видео. Кодер-декодер. Это спецификация, что нужно делать с входящим потоком данных, чтобы его уменьшить. Но при этом, когда декодирующее устройство его обратно развернет, оно сможет на экран вывести картинку, которую мы будем видеть, как будто бы все то же самое. Контент надо защитить после того, как его скодировал. Ну, и нужно еще обеспечить устойчивость к сетевым помехам. То есть, когда, если у человека, например, не очень хорошие сетевые условия, то есть, он смотрит с мобильного телефона, и у него сеть стала плохая. То есть, был LTE, стал 3G/EDGE. Что делать? Нужно как-то переключиться на более низкий уровень качества видео скодированного, чтобы потом, когда сеть восстановится, опять можно было подняться на более высокий уровень качества скодированного видео. Поэтому каждый видеофайл кодируется на самом деле не один раз, а 10-15 раз, в зависимости от этого профиля, под каждый шаг уровня качества. и разрешения. То есть, он так нарезается в несколько вариантов, которые потом складываются в один единый контейнер. И уже при запросе, когда эта история доходит до витрины, файлы защищаются DRM обязательно. И вот уже такие защищенные файлы, зашифрованные, их, пожалуйста, качай сколько хочешь, все равно они зашифрованы, без ключа их не проиграешь. Соответственно, они выкладываются уже на такие сервера раздачи. Здесь справится обычный веб-сервер, справится с раздачей такого файла. Но, конечно, у нас все сложнее, потому что у нас там есть трафик. Таких обращений за файлом много, поэтому там есть специальные системы покэширования контента, content delivery network (CDN) используются, партнерские CDN и так далее. Таким образом, зашифрованный файл размещается на этих внешних серверах, и уже он готов к тому, чтобы его просматривали.

CDN— это компьютеры и кабели, с помощью которых вы получаете свои киношки быстро и без тормозов.

Вот если помнишь, я рассказывал, что когда сетевые условия меняются, тебе нужно адаптированно, чтобы плеер переключался между уровнями. Тебе нужны более хитрые протоколы, не mp4. Тебе уже нужен MPEG-DASH. Это такие более высокоуровневые протоколы транспортные.

Это стоковые решения или вы сами их прогаете?

Да, мы сами прогаем, конечно. Наша CDP— это наша собственная разработка. Более того, мы придумали свой проприетарный формат, как это все дело хранить, шифровать, на лету все преобразовывать. Чтобы не хранить 10 версий, мы на самом деле их на лету готовим.

То есть вот веб-сервер, который раздает контент, это не что-то опенсорсное, не что-то стоковое, это вот ваше собственное внутреннее разработку?

На базе опенсорса, но то есть мы туда же... А что за база? Nginx, конечно, Nginx.

То есть у вас есть внутри люди, которые умеют его корячить прямо на низком уровне?

Конечно. Мы же инженерная команда.

Круто. Миш, ты сказал, что обязательно есть DRM? Для моей мамы это система, которая блокирует возможность просто скачать файл и выложить его на обменник, чтобы другие люди не могли посмотреть то кино, которое ты купил.

Нет, скачать ты его можешь, и даже выложить на обменник ты его можешь, но вот тот, кто его уже скачает после тебя с этого обменника, он с ним ничего полезного сделать не сможет. Потому что этот файл зашифрован, и чтобы его проиграть, нужно сходить на специальный сервер лицензии, и этот адрес с этого сервера лицензии зашит в сам файл. И плеер, когда ты его вставишь, чтобы проиграть, если он умеет играть DRM-ный контент, то он эту ссылочку лицензионного сервера увидит и пойдет на него спросить лицензию. А там мы его встретим и скажем, а ты кто такой? А мы тебя не знаем, поэтому мы тебя лицензию не дадим.

Миша, это стандартная технология? Абсолютно.

Вообще, Digital Rights Management. Это управление цифровыми правами. Их довольно много, этих DRM. Слава богу, наш парк устройств довольно объемный. Мы воспроизводимся на очень широком количестве устройств.

наш парк устройств, ты имеешь в виду то, на чем можно смотреть ОККО?

Да, да, совершенно верно. Вот эти финальные устройства, на которых можно смотреть смартфоны, смарт-ТВ и так далее. То есть, вот эти устройства, все они, в принципе, сейчас уже унифицированно покрываются тремя DRM-ами. И если ты поддержишь их три, то ты, в принципе, покрываешь 99,9% всех вообще устройств в мире. Но вот сейчас, в последствии того, что Америка наложила санкции на известную китайскую компанию, им приходится что-то с этим делать.

Ты имеешь в виду Huawei?

Да, да.

То есть телефоны Huawei не смогут проигрывать видео, которые зашифрованы стандартным американским DRM?

Насколько я знаю, они выводят свою систему DRM для того, чтобы не зависеть от американского решения Widevine, который у них сейчас.

Я слышал, что чуть ли не сами мониторы должны быть сертифицированы для того, чтобы проигрывать определенные типы DRM.

Что в этом слове Digital Right Management, что в этом слове Management означает? Ты можешь не только разрешать играть в фильм, но ты можешь еще и задавать правила, как этот фильм может играться. Ты можешь говорить, что этот фильм может играться 15 минут. Или что он может играться только на устройствах, которые обеспечивают заданный уровень защищённости. Если устройство сообщает, что оно ниже уровня защищённости, что у него есть аналоговые выходы, например, с которых контент можно будет перехватить, то ты можешь запретить такое воспроизведение на таком устройстве, и тогда оно не будет играть. Если твой девайс сообщает, что он поддерживает... HDCP, например.

который защищает от копирования?

Да, да, да. Ты можешь поставить туда какой-нибудь уровень защиты, который не позволит подключить к этому выходу цифровому и скопировать оттуда сигнал, уже расшифрованный, например.

А у вас разные фильмы с разными уровнями защиты или все одинаковые?

Нет, там по-разному бывает. Не весь контент просят защищать одинаково. Например, SD-версии, они мало кого интересуют стандартного разрешения. Если речь идет про какой-нибудь 4K-контент или 8K-контент, его просят защищать очень серьезно. И там уже запрещается, например, использовать устройства, которые не могут обеспечить железный уровень защиты, хардварный уровень защиты.

То есть ноутбук с линуксом или браузер Firefox не будет?

Браузер не заиграет, да. Браузер обеспечивает L3 уровень, бывает двойно, да. Это будет запрещено. Потому что там в какой-то момент видеопоток оказывается в памяти, и теоретически его можно оттуда достать. Это не разрешается для такого качества. Так что здесь зависит скорее от качества, а не от фильма. Но хотя, в принципе, правовладатели тоже по-разному к этому относятся. И они могут требовать сильнее защиту или слабее защиту. Это зависит от самого правовладателя.

Миша, эта защита, она реально работает? Или для всего уже есть кряки, и все равно эти файлы через пять минут оказываются на всех обменниках?

Слушай, в криптографии вообще золотое правило, что защита считается устойчивой, если для того, чтобы ее взломать, нужно потратить больше усилий, больше стоимости, чем то, что ты защитил. В принципе, конечно, все можно сломать, так или иначе.

Нет, я имею в виду практически. Можно ли поток с вас грабить или нельзя?

Ну, так просто это не получится сделать. Придется постараться. Но какие-то бывают варианты, но с ними тоже борются. В той же самой системе DRM существует так называемый blacklist. Если какое-то устройство было сломано, скомпрометировано, то оно заносится в blacklist, и таким девайсом уже больше не выдается лицензия. Это все тоже регулируется и апдейтится.

Офигеть. То есть это такой живой механизм, а не то, что один раз придумали и... Да-да. Вот файл фильма загрузили на платформу. Что нужно для того, чтобы он появился в каталоге, и как его продвигают для пользователей? Весь этот процесс хорошо знает коллега Миши Саша Коваленко.

Меня зовут Саша Коваленко, я руководитель направления по выпуску цифровых релизов на платформе онлайн-кинотеатра Okko (Окко).

Саша подключился к нашему с Мишей разговору, чтобы мы могли подробнее поговорить про размещение фильмов на платформе и их продвижение. Саша, а сколько нужно времени для того, чтобы фильм доставить на сервис?

Слушай, ну на самом деле нет какого-то определенного времени, т.е. согласование договора – это больше юридический вопрос, а с точки зрения доставки, как только договор подписан, в этот же момент Aspera Connect или какой-то другой еще сервис по доставке.

Ну это часы, скажем так, да.

пережать видео, да, наверное у вас там все уже как часы работает и там пару часов все готово, но откуда появляются аудиодорожки и субтитры? Потому что я почти уверен, что Голливуд тебе не присылает дубляж.

Да, Голливуд не присылает русский русские субтитры не присылают дубляж, но голливудские студии, которые практически все имеют офисы в Российской Федерации, делают этот дубляж здесь локально, потому что они выпускают фильмы для проката на большом экране. И, соответственно, после того, как они передают нам файл цифровой для того, чтобы мы его положили на платформу, они вместе с оригинальной дорожкой передают также дорожку с дубляжом. Субтитров это также касается. Иногда мы можем сами, например, в студии заказать какие-то специальные авторские субтитры, Если их

совсем нет или если вам не нравится качество?

Нет, почему? Тут дело совсем не в качестве, просто иногда бывает, что для большого экрана же не все студии заказывают какие-то субтитры. Как правило, фильмы идут просто в дубляже. Для того, чтобы субтитры подготовить, это тоже стоит неких денег, и не у всех студий есть эти деньги, и не у всех студий в стандартном контракте прописано, что они обязаны предоставлять с субтитрами того же языка дубляжа, на котором они передают кино.

На самом деле, довольно редкое явление, чтобы субтитры передавались вместе с контентом. Это такой богатый должен быть контракт. Во-первых, субтитры бывают, так сказать, обязательные. То есть, когда вы смотрите фильм с участием эльфов, и они переходят на эльфийский, то, наверное, не очень понятно, что происходит, поэтому нужно в любом случае как-то переводить. Ну, и такие, в принципе, приходят от студии, либо мы их где-то берем сами, и мы их можем как-то готовить по таймингу, выравнивать и так далее. То есть, не обязательно, что в сыром виде, так и кладем.

Подожди, то есть у вас есть люди, которые просматривают контент и говорят, что-то тут субтитры у них поехали, на полсекунды, давайте все сдвинем.

Конечно. Я тебе более того скажу, эти люди, они на глаз уже отличают задержку в 100 миллисекунд и в 30 миллисекунд. У нас есть просто отдел подготовки контента, они этот контент скачивают, они его кодируют, они смотрят, что с ним получилось в итоге.

Саша, расскажи, пожалуйста, откуда берутся метаданные? Плакаты, имена актеров? в Кинопоиске или нет?

Ну, конечно же, мы берем эту с торрентов. На самом деле, помимо самого физического файла с фильмом, студия, конечно же, передает нам все материалы для продвижения, и среди этих материалов, как правило, оказывается и постер в слоях, и трейлер, и какие-то споты для Digital, это вот короткие ролики, которые мы часто наблюдаем в качестве преролов в интернете, если вот рассказываем языком для того, чтобы мама твоя поняла. То есть все рекламные, набор рекламных материалов, он передается правообладателям. Иногда бывает так, что этих материалов не хватает нам для продвижения, для того, чтобы сделать обложку фильма внутри платформы, или для того, чтобы выложить полноценный трейлер, поскольку его просто нету. И когда особенно это ярко видно, если мы, например, будем смотреть какие-то фильмы с бэк-каталога 90-х, 80-х годов, которым просто в цифровом виде не сохранились трейлеры у студий зачастую, Избитая история.

То есть, когда мы только запускали в 2017 году, то выяснилось, что трейлеры есть, в общем, далеко не везде. Ну, просто теоретически, там, не знаю, «Кин-дза-дза» официального. И, соответственно, с этим надо было что-то делать. И мы изгалялись как могли. Брали какие-то сцены в фильмах, что-то еще автоматически готовили. Было много таких забавных решений.

И в таком случае нам приходится каким-то образом решать этот вопрос. Иногда, например, мы договариваемся, что мы берем просто какую-то двухминутную сцену из фильма яркую, которая может его характеризовать, и вместо трейлера выступает вот эта сцена.

Договариваетесь, в смысле, с правообладателем?

Со студией, конечно, с правообладателем. Эти все процессы идут через правообладателя, они утверждаются правообладателем. То есть у нас со студией не всегда... Диалог. Это не то, что мы там подписали контракт, нам вбросили материалы, и мы побежали что-то сами делать. Мы утверждаем и обложки все, и постеры, и все материалы, которые сопутствуют продвижению фильма, в том числе и внутри платформы.

Ты сказал, что постеры в слоях присылаются? русские шрифты

Я тебе больше скажу. Я как человек, который проработал больше 10 лет в одном из представительств голливудской студии в России, я даже занимался локализацией этих креативов английских на русский язык, Тут есть целая команда дизайнеров у каждой студии мейджора, и всё это делается заранее, ещё до появления фильма на больших экранах, вот все вот эти постеры, которые ты видишь на русском языке, они все здесь производятся локально, опять так же утверждаются со студией локальным представительством, и после этого уже в готовом виде в слоях передаются нам, потому что нам нужно делать разный формат. Где-то надо горизонталь, там у всех горизонталь тоже своего размера, не всегда это 16 на 9, или не всегда это 4 на 3. То есть да, нам передают материалы в таком виде, чтобы мы могли потом с ними работать, в том числе в виде исходников графических.

Даже видео бывает со слоями локализации именно русских надписей. Если ты посмотришь какие-нибудь голливудские мультфильмы у нас на сервисе, обрати внимание, что там много надписей на русском языке.

Как можно передать слои в видео? Как это вообще работает?

Это называется Textless и Texted. Два варианта. Тебе присылают с текстом и без текста. И текст присылают отдельным шрифтом. И ты потом сам собираешь дизайнером, либо даёшь на студию. Этим шрифтом делается набивка. И в том месте, где на английском есть надпись фирменным шрифтом, появляется надпись на русском. Этим шрифтом по тайм-коду она выставляется. И звук тоже передаётся весь разведённый. Отдельно спецэффекты, отдельно диалоги, отдельно музыка. И потом звук собирается или в 5.1, или в стерео, в зависимости от исходника.

Охренеть.

То есть это всегда такая вот, разбираешь домик до винтика, потом собираешь домик опять.

Просто безумие какое-то. Это гигантская работа. Наверняка были какие-то проебы. Вспомните кого-нибудь смешное, пожалуйста.

Есть такой мультфильм «Зелёный трактор». «Синий трактор». Какой-то трактор.

«Синий трактор». «Синий трактор», сто процентов. У меня дети смотрят «Синий трактор».

Так вот, в песне они учили детей что такое лево-право, и они поют лево, а показывают право. Причем версия, которая была выложена в каком-то другом сервисе, она была правильная, а у нас она была сломанная. И мы ее исправляли.

На самом деле со студийным контентом такое очень редко случается, потому что там очень много степеней проверки. Очень редко какие-то такие смешные штуки попадают потом в конечный монтаж.

Сколько вообще людей этим занимается? Через сколько рук проходит один фильм?

Но это еще сильно зависит от того, с какой скоростью ты хочешь выкладывать фильмы на сервис. То есть, как быстро ты хочешь добавлять новые. Сейчас у нас работает 10 человек, наверное. Не все они занимаются одними и тем же. То есть, они так разбились по ролям. Кто-то с трейлерами работает, кто-то с озвучкой материалов, кто-то с работой с аудиодорожками, кто-то видео именно готовит и так далее. Да, у них есть разбивка по ролям, но их там прилично. На самом деле, вот эта история с тем, чтобы разобрать и собрать «Довинтика», это такие единичные, скажем так, релизы. Большинство релизов идёт уже в собранном виде, слава богу. Ну, обычно в неделю сотни-две мы можем делать фильмов. Но если ещё серии учитывать, то там их побольше, потому что они короче.

О, Господи, подожди, ты каждую неделю добавляешь 100 фильмов на сервис?

Ну, типа такого, да.

Сколько у вас вообще фильмов?

Фильмов у нас сейчас опубликовано на витрине порядка 70 тысяч. Ну, то есть, это и фильмы, и серии сериалов, если так считать.

А сколько людей их смотрит?

Там много метрик, и суточная аудитория, и недельная, и месячная. А я думаю, что у нас где-то там больше миллиона их точно.

Какой самый популярный сериал?

На самом деле, популярные сериалы— это те же самые сериалы, которые, в принципе, сейчас на слуху. То есть «Игра престолов», которая в подписке Амедиатека, она до сих пор является по смотрению номером один.

Я слышал про то, что у Медиатеки был эксклюзивный контракт с HBO, но сейчас у всех есть «Игра престолов», и у вас тоже. Вообще, насколько важны эксклюзивные контракты, и есть ли они у вас? Можешь про это рассказать, Саша?

Слушай, ну я, насколько помню, у нас Игра Престола всё равно через Амедиатеку, просто она у нас отдельно выложена. Эксклюзивные контракты— это одна из важных частей OTT-сервиса, потому что это тот контент, который дифференцирует один сервис от другого. Потому что плюс-минус технически возможности практически на данный момент сравнялись.

Ты сказал какое-то слово «ОТТ». Что это такое?

Over the top— это вот передача как раз посредством интернет-сети сигнала. Вот Миша может лучше рассказать, я мог переврать.

Лучше не скажешь. Over the top, да.

И Netflix тоже OTT, вот это все называется OTT-сервисом.

Вы когда-нибудь падали из-за нагрузки, например, там, а медиатека падала, когда «Игра престолов» запускалась. У вас что-нибудь такое было?

Ну, VOD у нас такого не было в фильмовой части.

VOD— это video on demand, когда пользователь сам выбирает, когда начать воспроизведение фильма.

Когда мы запустили английскую премьер-лигу.

Это трансляции футбола.

Да. То выяснилось, что профиль нагрузки лайвовый, его смотрение, его реакция аудитории, они принципиально не такие, как в классическом VOD. В паре мест мы были не готовы к этому, и мы падали. Но мы падали не на раздачу видео, как ни странно. API-часть, потому что мы не справлялись с потоком заходящих пользователей, не успевали их регистрировать, условно говоря, и так далее. У нас нагрузка на сервис имеет такую хорошую сезонность, и дневную сезонность, и суточную, и недельную, ярко выраженной, и погоду. То есть заранее мы понимаем, насколько вырастет наш трафик к Новому году условно.

Погоди, ты смотришь прогноз погоды и говоришь так, завтра погода плохая, надо добавить нагрузочки.

Типа того. Мы когда понимаем, что сейчас у нас будет пик, мы загружаем часть нашего трафика в CDN, наши партнерские. То есть это Content Delivery Network для твоей мамы. То есть это партнеры, которые уже закупили сервера, которые умеют забирать кусочки файлов. Они не забирают их целиком, там все фрагментировано. И они их кэшируют у себя. И, соответственно, клиент, когда запускает телевизор, он идет не на наш сервер в Питере, а на ближайший, который к нему быстрее.

А у вас есть пиринговые партнеры? То есть договоренность с провайдерами, чтобы видеотрафик шел к их клиентам напрямую?

Да, пиринговые партнёры, пиринг. Они хороши в плане держания не пиковой нагрузки, но они очень хорошо держат именно средний уровень.

То есть, условно, с МТС и Мегафоном у тебя есть договоренность о том, что часть серверов находится вообще у них, или просто у вас прямой канал связи между ними и вами?

Да, у нас есть точки обмена трафиком. Мы перебрасываем трафик в зависимости от их нагруженности текущей, аварийности и всего такого прочего. Когда мы видим, что какая-то точка перегружена, мы можем трафик перенаправлять в другие места и так далее. И если уж супер-пупер события готовятся, то мы уж всех включаем, всех зовем и раздаем уже всем миром какой-нибудь классный релиз, например.

Спасибо большое, Миша. И, Саш, вот эта классическая история, которую нам все рисуют, про то, что вечером я смотрю на телевизоре, а утром я смотрю в метро на телефоне. Это реальность? Или всё-таки люди смотрят с одного устройства, больше всего своё?

Ну, я так тебе скажу. Так как мы сейчас говорим про совершенно определённый контент, назовём его условно кино, то вот такого вот хоп-ин-хоп-аут-смотрения, так называемого, его не так много на самом деле. И основную долю у нас всё-таки занимают просмотры со смарт-ТВ. Потому что смарт-ТВ с большой диагональю, с хорошим звуком— это, собственно, то, почему ты оплачиваешь подписку на вот этот сервис, или почему ты покупаешь фильм за свои кровные деньги, вместо того, чтобы пойти купить две бутылки пива. Потому что это возможность посмотреть со звуком 5.1 там, где он доступен, это возможность посмотреть в полном HD. Всё-таки просмотр с телефона— это несколько другой формат. Такой контент тоже присутствует на нашей платформе. У нас сериал «Взаперти». Мы думаем, что, скорее всего, он будет потребляться в большей степени как раз в мобильных устройствах.

Так как я в сервисе с самого начала, до того, как он стал видеосервисом даже, когда мы запускали именно видеоисторию, то мы думали в первую очередь про веб-клиент, про десктоп-клиент, про мобильный клиент. И буквально там за три месяца до запуска кто-то вспомнил, что, а, точно, есть же еще смарт-ТВ. Это гениальная история. И когда мы запустились, для нас это был шок, что телевизор – это основная наша аудитория. Не секрет, что цифровой контент доступен все-таки свободно. Приходится считаться с тем, что есть пиратство. Но если на компьютере это просто сделать, то на телевизоре это не так просто сделать. А вот запустить око и выбрать фильм удобный, который тебе нравится. Вот он у тебя сразу появился. Нажать кнопку play и смотреть. Это очень простой сценарий.

Я слышу, что у вас есть какая-то суперхитрая технология про то, чтобы смотреть кино на вертикальном экране с телефона. которое изначально было снято для обычного экрана. Это правда? Просто мне это взорвало голову, и я хочу узнать, есть ли такая технология на самом деле.

Есть сервис, но он, правда, пока живет в тестовом режиме, называется OkMove, в котором выложен адаптированный контент под вертикальное смотрение.

То есть вы нарезаете кино для телефонов?

Оно адаптируется. Некоторые фильмы изначально снимаются таким образом, что у тебя в объективе оператора две картинки, горизонтальная и вертикальная. То есть в вертикале остается самое главное, горизонталь дополняет ее. И ты можешь смотреть как бы в двух форматах. Ты можешь смотреть и в горизонтале фильм, или его версию, которая специально сделана для вертикальных форматов. Офигеть.

Где про это можно посмотреть вообще? Какие фильмы есть для телефонов вертикальных?

move.okko.tv. Ты можешь зайти и попользоваться этим сервисом. Там даже регистрация не нужна. Это вот то, что мы пока туда загрузили. И это вот в таком виде пока живет.

Вы работаете только в России или во всем регионе СНГ?

Мы работаем в России и в некоторых странах СНГ.

Как даются права на видео? Просто в музыке там полный ад. Тебе могут дать права на Россию, но не дать права на Казахстан. С фильмами то же самое? Или там всё как-то проще?

Да, очень похожие системы с тем же, как это происходит в лицензировании аудиотреков. Выдаются права на определённые территории. И, например, если территория представлена в нашем листе присутствия, но у нас нет прав на распространение контента на данной территории, мы это... вопрос решаем программными нашими средствами.

Скажи, пожалуйста, а сколько стоит обычный фильм?

Это всегда вопрос переговоров. Есть несколько вариантов сделок по приобретению прав. Некоторые сделки идут по какой-то заранее оговоренной стоимости, которая дальше не меняется. Она выплачивается правообладателю, и дальше мы все, что сверх этой суммы заработаем, это наша чистая прибыль. с мейджорами. Там есть определенные фиксированные оплаты, а остальное— это разделение процента от цифрового проката. То есть это всегда вопрос того, какая договоренность была достигнута с правообладателем. Иногда там, например, есть некоторые товарищи, которые очень заинтересованы тем, чтобы их контент появился на нашей платформе, они готовы нам за символический рубль уступить права просто для того, чтобы использовать нас как одну из платформ для донесения собственной информации до заинтересованных лиц.

Кто ваш главный конкурент?

Конечно же, пока рынок в нашей стране растет, пока основной конкурент для нас— это пиратские сервисы. Да, конечно, очень многие переходят с идеей, что это удобно, на легальные сервисы, но пока легальные сервисы еще по доле рынка не заняли даже больше половины из потенциальных зрителей, которые, в принципе, смотрят контент.

То есть больше половины людей либо качают торренты, либо смотрят нелегальные сервисы.

К сожалению.

А как вы с ними боретесь?

Ну, тут как бы не то, чтобы мы одни с ними боремся, это индустриальная проблема, и другие вот эти сервисы тоже принимают участие в этой борьбе, но в первую очередь для того, чтобы это пресечь, нам нужно менять законодательство в стране, для того, чтобы это считалось таким же преступлением, как украсть деньги в банке или украсть продукты в магазине, когда ты воруешь чужую интеллектуальную собственность. Собственно говоря, как только у нас законодательство изменится, и за это будет какое-то ощутимое наказание, я думаю, что и ситуация тоже поменяется, и людям будет проще заплатить за потребление качественного классного контента, нежели чем таскать сторонтов в какие-то экранные копии для того, чтобы сэкономить какие-то копейки.

Как вы работаете со защитой контента? То есть есть ли у вас такой отдельный трек, когда вы типа трекаете, что вас пытаются скачать с вас фильмы, и как с этим бороться? Или мы соответствуем стандартам, и на этом всё?

Там было много смешных историй, есть контент, за которым прям пристально следят. Традиционно мы выходим через какое-то окно после того, как фильм откатался в кинотеатрах. Но так называемые ранние окна, то есть, когда фильм доступен не через месяц, а скажем, через 10 дней, и в эту историю тоже разные правовладатели, когда начинали играть, понятны, у них риски очевидны, они рискуют, что фильм утечет, и они потеряют продажи. Соответственно, они эти истории трекали, и там было много забавного. В случае, если кто-то ставит камеру и снимает экран.

Зря смеёшься, это один из самых распространённых способов пиратства до сих пор. Так его

же вообще никак невозможно отследить.

Тебе нужно некоторые зоны в экране, ну, скажем, условно квадратики, эти пиксели сделать чуть менее интенсивными. Глаз это не увидит, но алгоритм, который будет анализировать потом видео, на десяти минутах от этого видео, он заметит, что вот эти пиксели, они чуть меньше яркость у них, чем у соседних, которые должны быть по логике.

А, ты имеешь в виду, что не во время записи ты узнаешь, но потом уже по файлу ты сможешь определить, какой пользователь это сделал.

Кто-то выкладывает файл в торрент, его находит правообладатель. Типа, это ваша копия или нет? А мы смотрим, и там когда вот темная сцена, то там видно такая гладильная доска, и на ней стоит фотоаппарат. И он отражается в телевизоре. Дальше вот этими белыми и черными квадратами, ну условно говоря, чуть засвеченными или не засвеченными пикселями, мы кодируем информацию.

Но это делается на стороне клиента 100%?

Нет, это делается на стороне сервера как

раз. Ну подожди, а ты получается отдаешь разный контент разным пользователям?

Да, да, именно так. Во время подготовки файла ты делаешь две копии. Одна с условными белыми квадратами, другая с условными черными квадратами.

То есть половина пользователей получает белые квадраты, половина пользователей Нет, не так. Ты каждому

пользователю индивидуально его кусочки замешиваешь вот белый-черный-черный-белый.

Офигеть.

Или черный-белый-белый-белый. И потом, когда ты это восстанавливаешь, ты видишь, какой это пользователь смотрел. Да, это вот так вот работает.

И что ты потом с ними делаешь?

Дальше правоохранительные органы должны заниматься. Мы только передаем контакты, так сказать, и претензии.

Офигеть. Как человек вообще узнает о фильмах?

Ну, у нас, конечно, есть и редакторский взгляд на эту историю. То есть мы всегда какие-то фильмы промоутим, у нас есть какие-то акции, есть какие-то истории, к которым готовимся всецело. И есть специальный рекомендационный движок, который знает твой кликстрим, твою историю в сервисе. Ну, или с холодным старом (cold start). То есть мы используем некие данные о тебе уже от своих партнеров, мы их получаем.

Расскажи про это, это дико интересно. Вот я зарегистрировался через Фейсбук.

Ну, если через Сбир.ид ты зашел, то мы уже какую-то историю по Сбир.ид мы о тебе можем знать от наших партнеров Сбирбанка.

И ты по тому, что я покупал через Сбирбанк, знаешь, какие фильмы мне понравятся?

Я могу предположить.

В идеале нам, конечно, бы хотелось видеть все твои оплаты с карты, и, например, если ты покупал сыну игрушку Спайдермена, или, например, ходили в оперу, то мы можем тебе спокойно в стриме подложить и марвеловские фильмы, или, например, какой-нибудь из окко-театра какие-то спектакли. То есть это, конечно, идеальный мир, к которому мы сейчас стремимся и пытаемся его достичь.

Почти рекомендательная система, сейчас это супер-хайповая тема, но первыми ребятами, которые про это сделали такую громкую историю, был Netflix, который предложил приз за миллион долларов сделать им лучшую систему рекомендаций фильмов. Там большая интересная история, что потом всё это всё равно отправилось в мусорку, но старт всей истории это был дан. У вас это большая часть, большая часть сервиса, кто этим занимается, сколько вы в это вкладываете?

Есть ребята специальные, алгоритмисты, аналитики, которые строят вот эту всю именно рекомендационную систему, разрабатывают сами подходы, алгоритмы, смотрят, что работает, что не работает. Наш отличительный подход при построении рекомендационной машины заключается в том, что у нас в сервисе для A/B-тестирования. То есть мы можем проводить очень тонкие эксперименты, смотреть прямо очень тонко, вплоть до того, какая картинка лучше продает фильм.—

О, вы тоже это делаете? Плиточка из картинок?—

Мы постоянно это делаем. Поэтому часть пользователей видит одну картинку, а часть— другую. И потом мы на основании этого теста выбираем, какая лучше отрабатывает.—

А не так, что вы учитесь подбирать, типа, для этого человека лучше показать лица, а для этого человека лучше показать другой? Или это не делится на когорты таким образом?—

Next step. Мы обязательно твою идею используем, если ты ее не запатентовал. Мы когда начали строить свою рекомендационную систему, то она, в общем, выиграла довольно много соревнований и с внешними партнерскими, которые там уже готовые решения нам предлагали, и с живыми нашими редакторами она соревновалась. И, ну, в общем, она на довольно длинном периоде времени показывала устойчивые, хорошие результаты.

Рекомендационный сервис, он может на основании твоего поведения внутри сервиса подсказывать тебе какие-то фильмы, которые, возможно, тебе понравятся. Но если мы говорим о каких-то там подборках фильмов одного режиссера или там фильмы про осень, вот у нас пока рекомендационный сервис не может формировать подборки фильмов по определенному параметру. Если у нас, например, есть задача там на 1 сентября собрать все фильмы про 1 сентября, это, конечно же, делает наш главный редактор Кристина Шершелок. Если нам надо, например, на День российского кино собрать отдельную подборку лучших российских фильмов, Это, конечно же, тоже делает редакция. И вот много-много-много такой работы, которая зависит от живых людей. Пока это не алгоритмов, и, наверное, это даже в какой-то степени хорошо, потому что ты же понимаешь, что иногда тебе хочется послушать, что тебе друг порекомендует, а не просто, чтобы алгоритм подсказал тебе, что ты там через пять минут почувствуешь, и какой фильм тебе лучше посмотреть.

Вы заказываете фильмы сами?

У нас есть целое подразделение, которое называется Okko Studios, которое занимается ко-продакшеном этого контента.

Netflix, когда запускал свой первый сериал House of Cards, они говорили, что они приняли решение о запуске именно этого сериала с этим режиссером и с этим главным актером, потому что у них были данные о просмотрах фильмов на своей платформе. То есть они знали, что вот именно этот режиссер, именно этот главный актер и именно политическая драма хорошо зайдут. Вы используете данные для... принять этих решений, или это всё-таки скорее редакторская работа?

В какой-то момент мы наверняка начнём эти данные использовать, просто объём рынка, на котором работает Netflix, а количество их пользователей пока несколько выше, чем у нас. Для того, чтобы такие математические модели выстраивать, надо иметь людей, по которым её можно простроить. У нас в компании работает очень много выходцев именно из кино, с огромным опытом и в производстве контента, и в продвижении этого контента. И очень многие вещи уже, исходя из личного опыта, понимаешь, какие актёры сработают на нашей территории, в каст, какого режиссёра приглашают. То есть это тоже делается не просто так. За этим стоит команда профессионалов, которая выбирает проекты, пичет проекты. Это огромный-огромный труд. И с того момента, как проект появляется в виде сценария, когда он появляется на сервисе, иногда проходит несколько лет, скажем так.

Сам фильм, я его могу как-то привести к вам на платформу?

Конечно, Самат, я даже тебе скажу, кому его принести, где его посмотрят, и в случае заинтересованности, если мы поймем, что коммерческий потенциал велик, мы подпишем с тобой лицензионный договор, с удовольствием потом ты Мише передашь файл, Миша все закодирует, так, как он объяснял, и мы будем сотрудничать вместе на цифровой платформе ОКО, будем распространять твой замечательный фильм, поэтому обязательно приходи.

Давайте про смешную внутреннюю аналитику, потому что раз у вас есть АБ и рекомендательная система, значит, у вас есть адская статистика.

У нас, на самом деле, очень развитая система аналитики, и мы с Мишей ее часто пользуемся. в Splunk, там миллиарды дашбордов. Под любой запрос тебе могут наши аналитики составить дашборд и потом вывести какие-то выводы после того, как он сформируется, и там будут какие-то результаты в цифрах.

У вас куплен спланк, вы первые ребята, у которых реально куплен спланк. Стоит, как крыло Боинга.—

Это правда.—

В общем, Splunk— это система, в которой собираются все графики, и можно провести расследование, что делает какой-то пользователь на сервисе.

У нас таких тулов несколько. Что касается потребления, клик-стрима и как смотрит человек фильмы, традиционно собирается в Splunk. Но помимо этого есть еще куча других данных. У нас там своя бигдата есть по поводу того, что там происходит во время плейбэка на устройстве. У кого там встала пауза, у кого кто перематывает, кто остановился, кто продолжил. Это все мы фиксируем. Это все у нас там большим потоком льется в наш бэкэнд. И мы потом на это все смотрим. И анализируем уже не только с таких бизнес-точек зрения, но и с точек зрения quality of service. У кого проблемы, в каком регионе, в какой момент времени.

То есть ты можешь сказать, когда у кого-то оператор начинает тормозить интернет, ты можешь

сказать, что... Да, вплоть до эсерки, да, я могу сказать. Прямо по карте городов мы прямо это видим.

Как устроена разработка у вас, Миша? Вот когда мы проходили историю одного фильма, там были отдельные этапы в разработке. Можешь ли ты сказать, человек 10 занимается декодированием, человек 20 с CDN, или это общая команда, которая просто меняет задачи?

Просто если говорить конкретно про трек, подготовки контента, там не так все сложно. транскодирующую ферму Ответ один. Сколько человек писало наш CDP и наш CDN? Ответ один, потом сейчас их два. Ну то есть инженеры— это такие ребята, которые в целом могут многое.

Сколько у вас разработчиков?

Сейчас их больше ста.

Подожди, подожди. То есть сиден у тебя писал один человек, транскодирование, а разработчиков у тебя сто. Что они делают?

Есть еще очень много всего, что происходит вокруг, и других очень сложных задач. Много историй именно пер-пользователей. У нас там рекомендация на конкретного пользователя рассчитана. За ним все сервисе всегда была история его покупок, просмотров, лайков. Это вся информация по каждому пользователю. Ну, то есть, объем данных, который нужно уметь быстро читать, быстро отдавать, быстро все это передавать, чтобы это все еще как-то работало и не тупило, он большой. Поэтому платформа, она довольно внушительная, на самом деле. Там очень много подсистем, назначение которых зачастую знают только их разработчики. Ну, и плюс того, что у нас все-таки внушительная команда именно клиентских разработчиков, ребята, которые делают клиентские приложения на всех платформах.

что 50 человек наверняка делают iOS, 50 человек делают Android.

Нет, но iOS-то попроще, у Android гораздо больше объем линейки, больше размеров экранов и самих девайсов, их больше. Но телевизоров, Smart TV на самом деле, их тоже довольно большое количество. И можешь себе представить, что такое регрессионное тестирование на таком количестве экранов?

Я себя очень трудно представляю, как можно сделать вообще нормальное тестирование на телевизорах, потому

что... Вот, да, оно не автоматизируется, это все очень весело. Ты сидишь с пультом и кликаешь, это прям классно.

Адская работа.

Недавно к нам присоединился человек, у которого есть идеи, как можно автоматизировать смарт-ТВ-тесты. Вот подождем, пока он достигнет результатов.

У вас кроссплатформа или нативные приложения?

А что ты имеешь в виду?

В смысле, вот iOS и Android, это отдельное приложение под iOS, отдельное под Android?

Да, отдельное под iOS, под Android. Да, мы сейчас, ну, конечно, мы думаем там и о единой кодебазе, там сейчас и на Kotlin, да, там ты можешь писать и там, и там. Да, у нас есть сейчас такие идеи у наших архитекторов, как это все можно классно объединить, чтобы это было более удобно дальше поддерживать. Мы, скорее всего, это сделаем, да. Почему нет, это очень классная идея. Мы перестраиваем сейчас процесс. Как раз вот мы думаем о том, как его сделать более продуктово ориентированным в плане переосмыслить именно само понятие продукта. Традиционно мы так сложились, что мы были поделены на команды скорее по платформам. То есть бэкенд-команда, у нас есть команда мобильной разработки, есть команда смарт-ТВ и так далее. Но сейчас у нас зреет такая идея, что не попробовать ли нам немножко перестроиться под другой процесс. И попробовать поделиться именно по этапам продуктов в понимании того, как пользовательский путь в сервисе. То есть, как его привлечь, как его первый раз встретить онбордить, как ему сделать какой-то там оффер, показать ему удобный контент, какой ему предоставить пользовательский опыт во время смотрения, как его потом ретеншин вернуть. Каждый из этих разделов – это некая большая длинная история, которую нужно обсуждать. И именно чтобы некое видение было единое у всех участников, и у разработчиков, и у продуктов, и у проджектов. Чтобы они варились в одном и том же круге вопросов и друг друга уже начинали понимать на кончиках пальцев.

Вы уже начали это делать?

Мы постепенно запускаем эту историю.

Насколько это прибыльный бизнес?

Достаточно прибыльный для того, чтобы расширять серверные, производить новый контент и так далее.

Из чего складывается цена подписки?

Цена подписки складывается из многих факторов, в том числе из платежеспособности нашей аудитории, потому что мы все прекрасно понимаем, что у Netflix 11 евро подписка стоит не потому что они хотят ободрать нас, бедных русских людей, а потому что просто платежеспособность за рубежом несколько выше, чем у нас. Если мы говорим о формировании стоимости подписки, то, конечно же, мы это все делаем с оглядкой на платежеспособность и на средний доход, и в том числе на те предложения текущие, которые есть у конкурентов. То есть это сложная такая система. Но при этом мы всегда высчитываем с аналитикой, ниже какого уровня мы не можем упасть для того, чтобы не стать убыточными. Это для нас очень важно. Быть компанией, которая генерирует в том числе прибыль.

И я не могу не спросить про коронавирус. Как он повлиял на ваш трафик?

Ну, это второй Новый год был.

непрекращающийся Новый год. Да.

Вы видите падение? Просто я, как технический директор, сейчас оказываю услуги сервису доставки продуктов, и там был очень яркий пик. Сейчас она немножко спала, но все равно выше, чем было до коронавируса, конечно. Серьезно, сильно выше. А у вас тоже был пик потом падения, или оно как пошло вверх, так и остается?

Не, ну, там цифры пришли к нормальным значениям в итоге, да. Но выше они или ниже того, что обычно в это время по сезону, я сейчас не скажу. Мне кажется, что где-то плюс-минус так же.

Мы идем в тех же самых цифрах в плане привлечения и удержания пользователей, это 100%, я вот как раз недавно с аналитиками мы на эту тему разговаривали. Да, у нас конечно же был взлет и пик, но уже очень много вышло интервью на эту тему людей из индустрии ОТТ сервисов, и все отмечают это абсолютно нормальное поведение человека, когда ты тем-то очень долго одним занимаешься, вот когда был пик смотрения. Потом тебе просто хочется переключиться на что-то другое. Это не значит, что контент плохой или сервис плохой, просто тебе хочется изменить фокус своего внимания. Поэтому мы сейчас пришли просто к тем же значениям, которые были расчетными для нас до того, как эта вся история с пандемией случилась.

Это подкаст студии Либо-Либо, и мы его сделали вместе с сервисом онлайн-образования Яндекс Практикум. Над подкастом работали редакторы Юлия Яковлева и Андрей Борзенко, продюсер Павел Боровков, звукорежиссер Ильдар Фатахов. За джингл спасибо Алексею Зеленскому.