Как приложения оказываются на наших устройствах

Либо-либо. Всем привет. Меня зовут Самат Галимов, и это подкаст «Запуск завтра». Как технический директор я пытаюсь разобраться, как устроены сложные и интересные штуки. Это сезон тематический. В нем мы на протяжении 10 эпизодов исследуем власть в цифровом пространстве. Кто управляет интернетом? Кто решает, как мы пользуемся технологиями? Я пытаюсь разобраться, как государства, корпорации и алгоритмы определяют наш пользовательский опыт. А помогают мне в этом профессионалы, с которыми можно поговорить простым человеческим языком. Этот сезон мы делаем вместе с IT-разработчиком «Контур». В середине выпуска вы услышите нашу партнерскую рубрику. В сегодняшнем выпуске мы поговорим про власть производителей над нашими устройствами. Но говорить мне об этом интересно не только с точки зрения создателей технологий, но и с точки зрения пользователей. Обычных людей, которые живут в цифровом мире и оказываются под властью технологических компаний. Делать мы это будем с Машей Агличевой, редакторкой этого подкаста. В новом сезоне Маша будет появляться как моя соведущая, чтобы обсудить не технарей. Вместе мы попытаемся понять, как люди пользуются технологиями и адаптируются к новому цифровому миру.

Привет, Самат.

Привет, Маша.

Давай я тебе расскажу, что меня привело сегодня сюда, как на сессии с психотерапевтом.

Да-да-да, типа как прошла ваша неделя, о чем вы хотели поговорить сегодня?

Недавно я поняла, что мне надо бы обновить свой телефон, и мне, конечно, хочется, чтобы всё в нём было хорошо, чтобы там был хороший дизайн, чтобы там была хорошая камера, чтобы там можно было запускать любые программы, которые я захочу, и чтобы он не слишком дорого стоил. А сейчас я пользуюсь айфоном. У меня айфоны, и у меня были айфоны последние лет, наверное, И мне как бы очень еще всегда нравилась эта штука, что вот ты покупаешь себе новый телефон или берешь какой-то бэушный, но суть в том, что ты можешь по своему Apple ID полностью перенести все свои данные, и у тебя будет, по сути, такой же телефон, только поновее.

Даже заставка та же самая, это на самом деле вообще удивительно.

Да, и там напоминалки, что тебе нужно выпить таблетку с утра, она будет висеть так, как она висела у тебя на предыдущем телефоне. Короче, всё бесшовно, всё круто, но есть одно но, которое появилось сравнительно недавно. Я поняла, что когда я буду переносить данные на новый телефон, все мои приложения, которые сейчас у меня установлены, но больше недоступны в App Store, они пропадут с моего телефона. А это, например, приложения банков, которыми я пользуюсь. И я поняла, что я оказалась в ситуации, когда я выбираю между камерой и дизайном, и яблочком, и тем, чтобы пользоваться своими банками.

Довольно, на самом деле, странный выбор. Нет никаких технологических причин, почему так происходит. Ну, в смысле, телефон— это просто маленький компьютер, при этом гораздо мощнее, чем те большие компьютеры, которыми я пользовался в детстве. При этом всю современную историю компьютерных технологий ты покупал компьютер и мог установить на него любую программу, которую захочешь. Ты просто заходил на сайт производителя, скачивал файлик, это установщик обычно, нажимаешь там «далее», «далее», «далее», вот у тебя программа на компьютере.

Так Zoom, например, я себе на Mac качала и другие приложения.

Вот именно, да. И в этой системе производитель устройства не может сказать тебе, а вот типа Zoom теперь больше не устанавливайте. Ну, блин, я просто зайду на сайт, скачаю программу и запущу ее.

Ну вот, Сама, ты сказал, и мне кажется, это справедливо, что телефоны— это маленькие компьютеры. Если в большом компьютере я могу так сделать, в смысле я могу просто скачать что угодно из интернета, то почему я не могу так в маленьком компьютере?

И это связано с тем, как сделана операционная система, которая установлена на этом компьютере. У тебя на компьютерах, на обычных типа на Windows компьютерах, у тебя Windows, на Mac'ах у тебя macOS. Обе эти операционные системы позволяют скачивать программы в виде файлов. На iPhone'ах у тебя iOS, и в iOS'ах сделано по-другому. Там технически, на самом деле, возможность скачать просто файл программы и запустить тоже есть. Но дальше программисты Apple запрограммировали дополнительные штуки, которые ограничивают эту твою возможность. Если ты просто скачаешь файл, то запустить ты его не сможешь. 99.9% программ на iPhone устанавливаются через App Store. Это практически единственный способ, с помощью которого обычный человек может установить себе программу на iPhone. К этому еще добавляется то, что если на обычном компьютере ты можешь вместо Windows, например, установить Linux, и если тебе, типа, не нравится то, как себя ведет Windows, ты просто установишь себе Linux, то на iPhone'ы другую операционную систему, кроме iOS'а, ты не установишь. То есть ты получаешься в безвыходной ситуации, типа, купил iPhone — смирись с тем, какие правила....

Ну окей, Apple так решила, но откуда вообще это решение появилось? Как мы к нему пришли?

Это вообще замечательная история. Конечно, в голову Стива Джобса залезть невозможно. Я не знаю, как это прям принималось, но можно проследить историю айфона, например. В первых айфонах вообще не было никаких сторонних приложений. Там было, там не знаю, 12 или там 20 стандартных программ, типа калькулятор, часы, погода, сразу был встроенный, Safari, чтобы открывать интернет.

То есть у тебя есть вот что-то вшитое на телефоне, а все остальное ты просто делаешь через браузер?

Да, через сайты. И к третьему айфону компания поняла, что этого недостаточно. К третьему айфону они запускают App Store. App Store— это типа магазин приложений для айфона. Вначале там было около 500 приложений, это какие-то стандартные игры, которые есть на всех платформах. Это был Facebook, Ebay. Facebook тогда как раз взлетал в популярности. Ebay, еще какие-то типа основные 500 приложений. Как бы стандартный набор. И эти приложения уже за первые выходные скачали больше 10 миллионов раз. И в этот же момент открылась такая публичная регистрация разработчиков, которые хотят разместить свои приложения в App Store. И уже через два месяца в App Store было больше трех тысяч программ. В общем, это был просто фурор. Но, вот смотри, был iPhone, на него нельзя было установить программы. Потом Apple создала App Store, через который на iPhone теперь можно установить программы. Это как что-то вот типа чего-то не было и что-то появилось. То есть, конечно, уже тогда многие люди задавали вопрос, какого хрена я не могу просто сам программу установить на iPhone. Но в этот момент, мне кажется, дискуссия была немножко другая, в том плане, что iPhone тогда, например, не умел копировать и вставлять, чтобы ты понимала. То есть это была очень ограниченная платформа. Вот реально, Android там и какие-то другие телефоны уже там 10 лет умели копировать и вставлять, а iPhone нет. Поэтому ты не до конца понимал, это типа ограничение пользовательской свободы или это просто они тупо не доделали. Непонятно. В общем, с самого начала на iPhone можно было устанавливать приложение только через App Store. И такое самое благожелательное к Apple объяснение такое. Во-первых, это тупо удобно. Тебе не надо на какие-то сайты заходить, там кнопки скачать, нажимать.

Ну да-да-да, это классическая придумка Apple, когда мы просто делаем клёвое приложение, и теперь вам больше никуда не нужно ходить, а внутри всё удобно и понятно, и интерфейс абсолютно интуитивный.

Это с одной стороны. С другой стороны, мне кажется, они пытались защитить пользователей, потому что в App Store были только хорошие программы. Типа ты не мог установить парахую программу на iPhone, и вот эта идея такого радикального и болезненного даже, я бы сказал, в какой-то момент контроля над платформой для того, чтобы сделать пользователю хорошо в понимании Apple, это тоже, мне кажется, такая часть сделки, на которую ты идешь, когда покупаешь этот iPhone.

Ну, ты, наверное, понимаешь, какой вопрос у меня сразу возник. Как бы определи, пожалуйста, что такое хорошее приложение.

Это вообще суперважный, на самом деле, интересный вопрос, потому что в AppStore есть правила, которые объясняют, что можно делать, что делать нельзя. Там, например, явным образом запрещены гэмблинги, то есть приложений казино в AppStore нет. Там явным образом запрещена порнография. может быть еще что-то, нанесение ущерба себе, то есть там приложение типа веселый суицид сделать нельзя, ну и какие-то еще такие вещи. Плюс к этому, кстати, вот их позиции про порнографию, она типа отличительна для Apple, потому что в Google Play, насколько я знаю, такого ограничения жесткого нет.

То есть получается, что у порносайтов нет мобильных версий.

Да, порнхаба нет как бы для айфона. Это такая позиция Apple. Очень древняя. Но это как бы, казалось бы, понятные вещи. А есть более хитрые. Например, в App Store нельзя размещать low effort приложение. То есть, если у тебя есть сайт, и ты просто берешь этот сайт и говоришь, а это теперь приложение, при этом не добавляя никакой дополнительной ценности, такое приложение разместить в App Store нельзя.

Это очень смешно, потому что я сейчас вспомнила про то, что когда вот App Store только запускался, ну, в общем, какие-то самые ранние его версии и самые ранние версии айфонов, было смешное приложение, которое называется I'm rich, и вся его суть была в том... что оно очень дорого стоило. Типа есть самая высокая цена, которую можно поставить в App Store, это 999 долларов. И было приложение, которое стоило вот ровно столько, как бы по верхнему порогу, называлось I am rich, и как бы включало в себя просто одну кнопку. И как бы это, к слову, a low effort приложение.

И оно на самом деле не соответствует гайдлайнам App Store, и его довольно быстро выпилили, но все успели сделать скриншоты и поржать с этого. А разработчик наверняка заработал прилично. И это, кстати, нас приводит как раз к разговору о ревью-процессе. Ты разработчик приложения, ты регистрируешься в App Store, платишь 100 баксов в год за то, чтобы тебе разрешили вообще туда что-то отправлять. После этого ты можешь создать новое приложение внутри App Store, заявку на новое приложение и загрузить туда то, что ты напрограммировал. После этого это приложение видит специальный ревью-тим, команда внутри Apple, которая рассматривает эти заявки. Они запускают твое приложение, тыкаются в него, рассматривают его, ты там должен, например, если там есть регистрация, ты должен дать им какие-то тестовые логины и пароли, чтобы они могли зайти посмотреть. И на самом деле очень прикольно прямо наблюдать, как они все сидят в Сан-Франциско, они все в Калифорнии всегда, как они подключаются к твоему приложению, твоей ночью, их утром, и что-то там тыкаются. смотрят. С этим есть несколько проблем. Первое. Правила довольно расплывчатые. И одно и то же приложение какое-то проверяющий может пропустить, а какое-то заблокировать. Видимо, как настроение. Вторая проблема. Там есть довольно интересные правила. Например, приложение должно быть с хорошим дизайном. Вообще у Apple есть довольно жесткие гайдлайны по тому, как должны быть задизайнены приложения под macOS и iOS.

Ого.

Это называется Human Interface Guidelines— ЭПЛовские человеческие интерфейсы. И это суперклассные гайдлайны, они очень классно описывают, как тебе нужно делать удобное приложение. И это на самом деле разумно, это не безумие, потому что тебе удобно, если все приложения подчиняются какому-то стандарту. Типа тебе не нужно каждый раз переразбираться в том, как устроено приложение.

Но это очень странно. Они как будто бы просто говорят, типа, чуваки, мы не хотим разбираться в вашей фигне, в вашем некрасивом дизайне, поэтому, пожалуйста, делайте красиво, иначе вы не попадёте в App Store. Потому что на самом-то деле это мой выбор, как бы выбирать мне уродство или нет.

Apple в этом плане выступает как такой немножко патерналистский подход, они говорят, мы профессионалы в этом, мы знаем, что такое хороший интерфейс, и в каком-то смысле тут ты можешь провести аналогию с архитектурой. Типа тебе не дадут в городе построить уродливое здание, ну в смысле, которое сильно отличается от того, какие остальные здания на этой улице. Есть специальный архитектурный комитет, который в любом приличном городе, который тебе просто не даст это сделать. Вторая проблема с ревью в том, что часть из этих вещей на самом деле неудобна для пользователя, не полезна для пользователя. Я с этим сам сталкивался в таком контексте. У нас было приложение Bookmate, приложение для чтения книжек. Там есть подписка платная. При этом у нас есть механизм промокодов. Когда у тебя там возникает какая-то проблема, пишет в техподдержку, что типа у меня что-то сломалось, там ба-ба-ба-ба-ба, мы им говорим, слушайте, извините, пожалуйста, вот вам скидка на месяц бесплатного пользования, и пользователи очень рады. Так вот, в App Store всегда было и есть правило, которое запрещает любые другие способы платежей, кроме встроенных App Store-овских. И все было нормально там много лет. Но в какой-то момент очередное обновление нашего приложения заблокировали, не пропустили в App Store с формулировкой «У вас в приложении есть возможность заплатить сторонним способом. Исправьте». И это еще, обрати внимание, каждое обновление приложения, то есть это не только при размещении нового приложения, но и при каждом обновлении происходит тот же самый процесс проверки.

А мне, кстати, интересно. Вот допустим, в какой-то момент Apple решает, что твое приложение больше вообще не подходит для App Store и хочет его выпилить. А у тебя куча платных пользователей. У тебя люди, которые заплатили 999 долларов за кнопку I am rich. Что бывает? Ну то есть эти люди просто теряют свои деньги? Как это работает?

Ну вот прямо чтобы выпилить-выпилить, это случается довольно редко.

То есть все-таки они как бы не делают заднего хода. Если они пропустили приложение, то, наверное, не зря.

Нет, они тебя могут задушить просто тем, что не дают пропускать никакие обновления. Они просто перестают пропускать твои обновления, и ты, естественным образом, ты вынужден либо сделать обновление, которое соответствует их правилам, либо остаться вот с этой старой версией приложения. А так очень редко можно сделать, потому что Ну, типа, мир меняется, программа твоя меняется. На андроиде ты уже сделал как бы какую-то суперпродвинутую версию, а на айфоне все старое-старое. Это было, кстати, в Телеграме. Там первое время Дуров очень пытался на них надавить с помощью того, что говорил, вот, смотрите, на андроиде суперклассные фичи, а на айфоне их еще нет, потому что там, типа, ревью до сих пор не пропустил.

Но как бы... И они такие, чувак, нам вообще плевать.

Да, надавить на них таким образом, мне кажется, абсолютно невозможно. Многие пытались, и это практически не работает.

Но как-то же по-любому люди пытаются обойти всякие гайдлайны.

Очень часто, на самом деле, по абсолютно легитимным причинам, ты делаешь обновление приложения, которое, оно у всех обновилось, но новая функция не появляется, пока ты не нажмешь кнопочку на сервере. Ну, например, там, черная пятница, ты заранее делаешь приложение, которое умеет что-то делать на черную пятницу, и только в момент черной пятницы ты включаешь этот рубильник, так называемый feature flag, то есть рубильничек для функциональности. Так вот, что ты можешь делать? Ты можешь делать обновление приложения, которое ведет себя полностью идентично во время ревью, а потом уже включить рубильник и поменять приложение для всех. Это одна из вещей, которые часто используют для того, чтобы ревьютим тебе мозги не делала.

То есть, типа, ревьютим видит не то, что потом увидит пользователь? Да.

И это в теории запрещено, но на практике, как бы, как они это проверят, чтобы тебя, как бы, это заметили, и потом тебе пошли с тобой, что какие-то санкции применили, нужно прямо совсем какую-то жесть устроить. Нужно, например, что-то сделать с платежами. Кстати, такое бывает. Я помню, как мы делали подписки в приложении, такие довольно хорошо, короче, мы продавали, мощно так, типа, купите, там купи, здесь большая надпись, там купи. за дешево, а внизу маленькими буквами написано, типа, обновляется раз в год, или там, типа, цена за месяц. Ну, короче, какие-то не очень красивые приемы. И ревьютим вполне серьезно говорил, что, знаете, чуваки, вы тут вводите в заблуждение пользователей, так делать не надо. Напишите информацию о том, что это ежемесячная подписка, а не одноразовый платеж, таким же шрифтом, как вы написали там, сколько это стоит. И это в каком-то смысле, как пользователь, я очень благодарен ревьютиму, что они это делают.

Знаешь, пока это всё напоминает, среди редакторов и журналистов есть такая смешная фраза, что два редактора— три мнения. Вот похоже, что ревьютим просто сидит и как бы выкладывает всё, что ей не нравится. Вот каждый человек сидит и такой, ну как бы, что-то не легло мне на душу, переделывайте.

Только смотри, когда у тебя есть редактура в каком-нибудь медиа, в конечности вам нужно обоим выпустить приложение. А в случае App Store zero incentive запустить приложение. Им просто пофиг как бы, выйдет оно, не выйдет, будет твоим пользователям хорошо, не будет, им все равно. И это неприятно очень. Ты прямо чувствуешь себя в кафкианской истории очень часто, потому что они говорят, ваше приложение не соответствует такому-такому пункту. Ты читаешь этот пункт, он очень расплывчатый, говоришь, блин, чуваки, а в чем конкретно проблема? Они такие, вы не соответствуете этому пункту, и все. И что ты сделаешь? Там есть процесс апелляции внутренней, и иногда он помогает, но на самом деле это тоже абсолютно неподотчетная штука. Ты не знаешь этих людей, ты не можешь позвонить, это полная жесть.

То есть получается, что куча разработчиков строят свои компании, строят свои бизнесы на допущении, что они все-таки прорвутся через ревью и как бы попадут в App Store.

Все компании, которые строят бизнес в App Store, которые делают мобильные приложения, зарабатывают на мобильных приложениях, на самом деле находятся под полной властью ревьютим и Эппла. И все же работают. Ну да, есть несколько человек, жизнь которых Apple сломала, потому что решила, что приложение недостаточно хорошее или там еще что-нибудь. Но практически все прорываются. Так или иначе, рано или поздно ты удовлетворишь этот ревью-тим. Мы как бы рассматриваем это в индустрии как цену ведения бизнеса. Денег в этой индустрии столько, что оно того всего стоит. прервёмся на партнёрскую рубрику, которую в этом сезоне делаем вместе с Контуром. Здесь мы говорим про принципы работы эффективной IT-компании. Сегодня обсудим культуру работы над ошибками. В IT есть такой постмортем (postmortem). Это статья после крупной аварии, которая описывает, как развивались события. Читаются они как увлекательный детектив, но цель у них в другом. Обычно в них есть раздел, чему мы научились и что изменили, чтобы предотвратить повторение проблемы. Контуры тоже верят, что об ошибках можно и нужно рассказывать, а главное – делать из них выводы. У ребят есть целый архив корпоративных факапов. Подробнее о том, как в компании обрабатывают ошибки, нам сейчас расскажет Денис Фомин, руководитель направления программной инженерии Контура.

Меня зовут Денис Фомин, и я руководитель программиста в Контуре. Итак, то, что поощряются у нас в компании— это ответственность. Соответственно, ошибки— это нормально.

Главное—

разделять какую-то ответственность за то, что происходит. Ответственность— это не про то, что, не знаю, лишить премии, лишить зарплаты и прочее. Ответственность— это про принятие каких-то действий, про анализ. и про запуск активностей, которые помогут таких же ошибок не повторять в будущем. И в этом плане у нас достаточно открытый подход внутри компании. база постмортемов. Ее может зайти любой разработчик, посмотреть, например, что происходило у соседних команд ключевых. Мы даже из них наиболее интересные, наиболее сложные, мы ее прям публикуем отдельно, то есть рассказываем на всю аудиторию. наших разработчиков, а есть у нас прямо специальная команда людей, которые занимаются процессом работы с техническим качеством, и туда, конечно же, входит история про постмортумы. Мало того, что ребята просто ведут процесс по формированию базы фокапов, базы постмортумов, также они их и анализируют. Вполне возможно, что в нашем множестве команд произошло что-то более-менее такое общее, и стоит из этого сделать какой-то общий вывод, не на уровне одной команды, а на уровне компании целиком, и запустить какие-то ответственности на причинку этого, опять же, общие, не только в рамках одной компании. И вот ребята от команды этим и занимаются как раз таки.

Продуктами Contour пользуется каждая третья компания России. Узнать больше о работе в Contour вы можете на карьерном сайте. Ссылка в описании.

Получается, что Apple, с одной стороны, ввела все эти жёсткие правила, с другой стороны, она сделала это в своём собственном продукте. Это условно, если ты в твоём доме решаешь, носите ли вы тапочки или не носите, и ты гостей обязываешь разуваться у порога.

Абсолютно точно. Это совершенно новый мир, и её создатель придумывает правила этого нового мира. Но тут не только правила типа, кто снимает тапочки, тут будет точнее такая аналогия, что ты ещё берёшь 30-процентную комиссию за

за то, что в твой дом войдут.

Типа каждый раз, когда в твоем доме кто-то обменивается деньгами, ты берешь себе 30 процентов. Вот это будет более точное как бы определение Apple, потому что кроме вот этих всех драконов с какой-то вот такой контрольной платформой, у них есть очень жесткое правило о том, как можно брать у пользователей деньги в мобильных приложениях. И в основном мы, конечно, говорим о мобильных играх, потому что это огромный рынок, и там просто безумные деньги крутятся, миллиарды долларов. Короче, в AppStore есть правило, которое говорит, что запрещено брать у пользователя деньги каким-либо образом, кроме как внутренние платежи AppStore. Если у тебя есть мобильное приложение, и ты в нем хочешь продать кристаллы за, там, 10 долларов, эти магические кристаллы, которые ты там выглядывавшим можешь использовать, тебе прямо правилами Apple запрещено сделать поле ввода банковской карты, чтобы напрямую взять бабки. с комиссией там 0,1% или 1,5% платежной системой. За обработку карточек тоже берут деньги. Визы, мастер-карты, вот эти все банки берут деньги. Типа 1-2%. А Apple берет 30%. Он говорит, типа, вот за это мы делаем вам удобную инфраструктуру для всего этого.

Да, потому что вообще-то подключить платежи, насколько я понимаю, это непростая штука. Типа синтегрировать платеж.

Правда.

А тут они делают все за тебя, но как бы плати.

И когда ты маленький, супер маленький бизнес, типа ты сделал прикольную игрушку за выходные и пытаешься на ней заработать денег, да, Apple тут, мне кажется, абсолютно честная сделка. Apple дал тебе классную инфраструктуру, ты заработал свои там 100 долларов, 30 из них отдал Apple, все честно. Но сейчас разработчики приложений, это не только инди-чуваки, которые написали игру за вечер, как бы, и вот стали миллионерами. Это огромные корпорации. И это тот случай, когда корпорации начинают защищать свои права, свою маржу, биться за свою маржу. Самый известный такой случай – это Spotify и Epic. Что сделал Spotify? Spotify написал очень жалобное публичное письмо, что типа «Посмотрите, вот мы такие несчастные, Apple у нас забирает 30% комиссии маржи, а своего Apple Music-то они не забирают, как же Spotify может конкурировать с Apple Music?» Тут, конечно, хочу про жабу и гадюку вспомнить, потому что Spotify здесь еще владеют, музыкальные лейблы крупнейшие, так что тут как бы еще поговорить, кто здесь несчастный. Но другой очень яркий пример, это Epic Games, это разработчики Fortnite, одной из самых популярных игр на планете. Они не стали рассказывать, как они несчастны, они просто в очередном обновлении своей игры Fortnite сделали возможность платить за игру, за покупки внутри игры, там, скин для автомата и вот это всё, или там, скин для своего игрока, возможность платить банковской картой.

Прекрасно понимаешь, что Apple это не устроит.

Прекрасно понимаешь, что это просто красная тряпка как бы, это такое перчатка, брошенная в лицо. Apple в ответ просто удаляет приложение от App Store. Причем, по-моему, даже не просто приложение, а прямо аккаунт разработчика блокирует нахрен, типа, что типа все, вообще идите нафиг. После чего ЭПИК подает суд, на Эппл говорит, что типа они монополисты, они мешают конкуренции и вот это все. Там типа вот есть суд нижнего уровня федеральный, потом апелляция и после этого Верховный суд. Вот Верховный суд не стал рассматривать это дело, но на апелляции там было 11, мне кажется, или 10, что-то около того пунктов, по которым обвинялся Apple, по которым Epic говорил, что вот Apple нарушает закон. Решение суда было такое. Apple все-таки не монополия, монопольным положением своим не пользуется, но конкуренции мешает. И последствием этого суда было то, что теперь внутри приложений на айфонах может находиться ссылка, которая ведет на сайт, на котором можно заплатить за приложение каким-то другим способом.

Ну да, то есть это такая микроподвижка.

Это микроподвижка, но это все-таки подвижка. И очень, мне кажется, показательно, насколько жестко они бьются за это. То есть это может показаться каким-то маленьким изменением для пользователя, но для корпорации речь идет о миллиардах долларов. И вот поэтому они так мощно за это бьются.

А если говорить не о микроизменениях?

Главные изменения произошли не в американском суде, а за счет Европейского союза. В ЕС есть Еврокомиссия, есть Европарламент, и они приняли DMA, Digital Markets Act. Это закон о цифровых рынках. Идея в том, что они пытаются защитить конкуренцию.

В цифровом пространстве.

в цифровом пространстве. И там очень сложные формулировки. Они там вводят понятие гейткиперов, то есть вот этих вышибал у двери и вот этого всего. Но если говорить проще, они пытаются отобрать у Apple и Google контроль над тем, какие программы устанавливаются на iPhone и на Android. И дальше очень много юридических слов для того, чтобы это был закон, который типа в общем, в целом там сформулирован для чего-то, а не просто для этих двух корпораций. Ну, конечно, в реальности это вот Apple, Google, может быть, Microsoft. И сделается это на самом деле очень хитрыми способами. Там в результате Apple обязана дать возможность появиться конкурентному App Store. То есть ты не сможешь все равно скачивать приложение с сайтов, но вот есть сейчас App Store, который вот синенькая иконка, а появится еще альтернативный App Store, который там разработает кто-нибудь.

Кто?

Конечно же Epic Games.

Мне кажется, им там платят за количество символов, иначе я не могу объяснить эти формулировки.

Знаешь, мне кажется, это очень, на самом деле, естественно. Это же стандартная ситуация. Кто-то один как бы нарушает закон, но ты не можешь в законе написать, Вася, вот так делать нельзя. Ты вместо этого пишешь какое-то там, типа, если человек ведет себя вот так, то ему вот такое-то наказание. Это континентальное право. Американское право в этом проще. Можно одни раз Васю наказать, а это дальше станет прецедентом в суде. В Европе не так. Есть свои плюсы-минусы. Но, в общем, короче, Epic Games создала свой магазин приложений, и он должен появиться на айфонах в Европе, только в Европе, обрати внимание, в ближайшее время. Там Apple установила совершенно безумные всякие шаги для того, чтобы замедлить этот процесс, чтобы сделать это неудобным, такая итальянская забастовка. Они, например, сказали, что обязательно нужно внести миллион долларов залога на случай, если что-то вдруг пойдет не так, и в этом App Store вдруг появятся плохие приложения. просто способ, ну вот как и с миллион долларов залога, я думаю, это способ, чтобы я лично не сделал свой App Store, чтобы это могли сделать только большие корпорации. Ну вот это борьба, которая продолжается уже на территории Евросоюза.

А как это должно в теории функционировать? Вот появится App Store от Epic Games, и как это будет работать? Ну это понятно, да. Но как мне, как пользователю из Евросоюза, например, пользоваться этим альтернативным магазином?

Ну ты зайдешь как бы в основной магазин и скачаешь из него альтернативный, наверное, это один способ. Но вообще в айфонах появится альтернативный App Store, и Epic уже сразу объявила, что комиссия в этом App Store будет не 30%, а, кажется, там то ли 12, то ли 20. Вот она, конкуренция, очень прямая, и разработчик приложения будет думать, там тот же самый Spotify будет думать. Так, я могу через App Store, и там 30% комиссии они берут, а могу через Epic, там будет уже поменьше. Так что посмотрим, чем это все закончится. Это очень, на самом деле, очень такая стерильная ситуация конкуренции. Интересно посмотреть, чем это все закончится.

Ну я бы не назвала ее стерильной, потому что у тебя выбор не между 30% и 12%, у тебя выбор между, например, App Store, который, скорее всего, все равно будет каким-то предустановленным, и все будут пользоваться им. То есть как бы у тебя доступ к аудитории и 30%, или у тебя меньше доступ к аудитории и 12%. И каждый раз, мне кажется, это уравнение, которое придется производителям подсчитывать для себя.

Это дико интересная ситуация. Понятно, что начальные условия не равны, но вот интересно, получится ли что-то подвинуть. Друзья, я хочу порекомендовать вам еще один подкаст студии Либо-Либо. Он о поиске любимого дела. Называется «Это непросто». В новом сезоне своими историями делятся локальные предприниматели. Они рассказывают о сомнениях, ошибках и удачных решениях на пути к своему делу. Например, Антон Былыклов родился в Аше, городе Металургов, Челябинской области. Его отец построил там пивоварню и хотел варить традиционное чешское пиво, но сейчас почти все производство занято лимонадами «Лапочка». уже за первые три года, как лимонады вытеснили пиво, их объем продаж вырос в 100 раз. Как так вышло? Зачем уральскому пивовару продукт с таким нежным названием? И как создать бренд, который запомнит? Слушайте в подкасте «Это не просто». Ссылка в описании.

Хорошо. Я поняла про компанию Apple, и в целом это довольно хорошо ложится в общую картинку, чем она занимается и как она осуществляет свою деятельность. Но есть ли что-то подобное с другими компаниями?

Что с Google? У Google есть Android. В Android стандартный способ установить приложение— это Google Play Store, которым владеет компания Google. В отличие от ипла, от айфонов, в андроиде уже сейчас можно установить множество разных апсторов одновременно. Есть гугл плейстор, Huawei AppGallery (магазин Huawei), есть у самсунга был свой стор, RuStore. Их на самом деле много, и ты можешь выбирать. При этом технически, в отличие от айфона, ты можешь установить программы из так называемых третьих источников, то есть просто сайта скачать. Для того, чтобы ты смогла это сделать, тебе нужно поставить в настройках специальную галочку, что я, типа, разрешаю, типа, скачивать программу из непроверных источников. Эта галочка глубоко закопана, её там надо найти. Когда ты будешь её ставить, тебе появится очень страшное, пугающее сообщение о том, что осторожно, вы можете получить себе вирусы и вот это всё. Но, тем не менее, это технически можно сделать. Но при этом Google договаривалась с разработчиками популярных программ о том, что если эти приложения будут эксклюзивами для Google Play Store, то есть их можно будет скачать только в Google Play Store, то Google либо будет платить деньги, либо будет уменьшать процент комиссии, который берет за платежи в Google Play Store, так же как и Apple. И вот это конкретно договоренности Гугла с разработчиками программ суд счел поведением, которое нарушает права на конкуренцию, и вот это Гуглу запретили. То есть, опять же, небольшие подвижки.

Окей, вот есть как бы какие-то судебные разбирательства. Есть какие-то попытки публично пристыдить Apple, написав слезливое письмо. Но как на самом деле можно технически преодолеть это ограничение? Есть какие-то варианты? Что это за варианты?

Конечно, есть. Ими занимаются уже не корпорации, а отдельные хакеры. Это так называемая джейлбрейк-сцена. И прямо, типа, это даже не просто сообщество, а именно, типа, сцена, да. Есть сцены чуваков, которые в каком-то смысле это тоже такое искусство. Они каждый раз соревнуются с тем, как они вот хитрым образом научились взламывать айфоны. Но взламывать не в том смысле, что там взломал и украл у бабушки денег, а в смысле, вот я купил айфон, И я нахожу такие ошибки внутри программы айфона, которые позволяют мне, владельцу телефона, с этим айфоном сделать что-то, что Apple не предполагала изначально. Например, поменять шрифты.

Вот такое преступление.

Вот ты смеешься, а это довольно важная функция. Есть чуваки, которые хотят затюнить свой айфон. Вот буквально как ты по тачке покупаешь и тюнет. И это не всегда производители с этим, кстати, согласны. Также и есть отдельное сообщество чуваков, которые пытаются тюнить свои айфоны. Множество вещей, которые сейчас кажутся естественными, например, в повседневной версии iOS теперь можно передвигать иконки в контроль-центре. Контроль-центр – это вот то, что шторка съезжает, и там есть управление яркостью, громкостью, вот это всё. Сейчас там можно переставить эти иконки местами. Изначально переставить иконки местами было невозможно.

Это, казалось бы, очень банальная вещь.

конечно, а эти хакеры они делают так, что теперь ты можешь переставлять иконки местами, они это сделали задолго до того, как эта функциональность появилась у нормальных обычных людей, обычных пользователей Но и не только такие маленькие тюнинговые вещи. Они, например, сделали свой собственный магазин приложений, в котором есть приложения, которые Apple никогда бы не пропустила. И ты можешь, типа, взломать свой телефон, установить на него вот эту программу. Она даст возможность тюнинг телефона. Плюс ты можешь установить свой собственный App Store и через него устанавливать какие-то дополнительные программы на телефон, которые Apple бы не пропустила.

И это доступно даже людям, которые никогда не занимались джейлбрейком?

Это очень сложная тема, потому что часть джейлбрейков требует подключения телефона к компьютеру, то есть ты скачиваешь специально программу на компьютер, подключаешь телефон проводом и там делаешь какую-то магию, то есть запускаешь программу, которая делает какую-то магию с телефоном. Есть отдельный жанр Untethered, когда у тебя просто без компьютера ты можешь прямо в телефоне запустить джейлбрейк. Но это классическая игра в кошки-мышки. Инженеры Apple делают очередную версию iOS, хакеры находят в ней уязвимости и выпускают джейлбрейк. Инженеры Apple смотрят на этот джейлбрейк, пытаются понять, какую уязвимость использовала сцена и Сразу же патчит эту уязвимость, ну в смысле, сразу же программирует исправление этой ошибки. Поэтому, когда у тебя по вечерам айфон говорит там, типа, вышла новая версия iOS там, сколько там, обычно это вот 14.1, 14.2, вот через точку. Это обновление безопасности обычно Apple пишет. Это просто вот эта борьба корпораций и хакеров, ты видишь ее отблески, ты видишь зарево этих ударов.

Да, залатали дыры.

Значит, залатала очередные дыры и выпускает вот апдейт, который сделает последнюю версию джилбрейка невозможной.

Меня очень смешит мысль о том, что инженеры Apple получают свои 200 тысяч баксов условно в год за то, что мешают людям переставлять иконки на телефоне.

Ну знаешь, в этом смысле технология очень странная штука, потому что та же самая уязвимость, используя которую можно переставлять иконки местами, можно использовать для того, чтобы удаленно через WhatsApp взломать твой телефон и как бы скачать все твои личные данные и украсть деньги с банковского счета. та же самая уязвимость, и в этом плане это очень интересная ситуация, многогранная. В смысле, с одной стороны, я хочу, чтобы мой телефон нельзя было взломать удаленно и украсть у меня вещи, а с другой стороны, я вообще-то, честно говоря, хочу иметь возможность делать с этим телефоном все, что я захочу, потому что я, черт побери, деньги за него заплатил. И это вот такое натяжение. И мне кажется, опять же, тут не надо выбирать либо-либо. Тут надо сделать так, чтобы локально я мог это сделать, если я реальный пользователь. А если это взломщик, то нет. И для этого есть решения, но мы их не ищем. Apple скорее пытается сказать, что я типа хочу сохранять полную власть.

Но при этом, если они видят, что джейлбрекеры сделали что-то крутое, они просто копируют.

Да, это супер прикольный момент, потому что вот джейлбрекеры долгое время делали эту шторку, вот этот control center, в котором можно управлять айфоном, более удобным. И в какой-то момент постепенно все эти функции, которые сделали джейлбрекеры, просочились и в ванильную основную версию iOS. Этот феномен, он повторяется в продуктах Apple уже много десятилетий. У этого даже есть специальное слово, Sherlocked, по названию программы Sherlock, которая, вот если вы пользуетесь макбуков, то вы знаете, что там супер классный поиск. Ты открываешь поиск, пишешь там любой текст, и он ищет по всему твоему компьютеру, практически мгновенно находит все документы, в которых есть этот текст. Нажимаешь, открываешь. Классная функция. При этом было время, когда макбуки искать так не умели. И несколько умельцев, или там мне кажется даже один человек, сделал такую программу. Называлась она Sherlock. Ну, потому что Шерлок Холмс, вот он ищет как бы, и вот программы тоже ищет. И это была суперпопулярная программа. Она стала суперпопулярной. И все энтузиасты про нее знали и пользовались ей.

Ну потому что, очевидно, закрыло какой-то недостаток.

Конечно! Операционная система не умела классно искать. И вот чуваки сделали программу, которая умела классно искать. Ну и, конечно же, Apple в очередной версии Макоса просто представила поиск. Сказала, вот, теперь у нас суперклассный поиск. И это стало глаголом. Типа, Sherlocked— это когда ты сделал классную фичу, а Apple потом ее просто взял и скопировал и включил в версию Макоса.

То есть, Apple не игнорирует эту сцену, они за ней следят, и если им очень нравится, что делают чуваки, они такие, клево, заберем себе, спасибо.

Да, просто копируют. И в этом плане, как бы, опять же, с одной стороны, жалко разработчиков, которые сделали суперкрутую вещь, а потом остались без чего, а с другой стороны, этой программой для энтузиастов пользовалось, там, 5% пользователей, а теперь, когда это есть в операционной системе, этим пользуются 90%. В этом плане, Apple, как бы, делает реально свою операционную систему круче для всех пользователей.

Но я не понимаю, поможет ли мне Jailbreak скачать приложение T-банка?

Основной способ, которым сейчас обходят санкции российские банки, это ПВА. PWA — Progressive Web App. Это сайт, который ведет себя как приложение. Сайт, который умеет работать офлайн, который умеет принимать пуш-уведомления, который умеет практически все, что умеет делать обычные мобильные приложения. Его можно даже вытащить как иконку на твой рабочий стол. Apple борется с ПВА и не включает ПВА-функциональность внутри своего движка WebKit.

Да е-мое!

Но в какой-то момент я не до конца понимаю, почему, тут можно отследить как бы точно последствия событий и восстановить, но в какой-то момент все-таки большая часть этой функциональности в веб-ките появилась, и сейчас ты вполне себе можешь пользоваться, вот я, например, приложением T-банк и пользуюсь именно так, с помощью PWA. И это очень красивое замыкание, это мы как бы вернулись обратно в ту точку. Помнишь, в первые айфоны нельзя было скачивать программы, но можно было запускать веб-приложения, типа сайты, которые что-то делали. Их, по-моему, тоже можно было как-то на рабочий стол, что ли, выносить или как-то закладки какие-то делать. И вот в каком-то смысле мы сделали полный круг, и опять можно установить на айфоны PWA-приложение, только это, конечно, уже на совершенно другом уровне. И то, что ты можешь сделать в современном PWA айфоновском— это небо и земля по сравнению с тем, что можно было делать в первом айфоне.

Вау.

Изначально Apple сделала айфоны и создала новое пространство, новый рынок. Никому и в голову не приходило говорить им, что вы там диктуете свои условия, давайте, типа, делайте так, чтобы всем там было поровну. Ну потому что они сами сделали, ну логично, что они там определяют правила. А теперь, кажется, эти платформы стали настолько важной частью нашей жизни, что даже несмотря на то, что да, Apple это придумала, Apple это сделала, Apple это создала и поддерживает во многом. Тем не менее, это слишком важная часть пространства, в котором происходит жизнь общества. И поэтому абсолютно ничем неограниченную власть. Решение должно принимать общество, ну и как через фиат, правительство.

Интересно, что, кажется, в ближайшие 10-15 лет мы будем замечать, насколько более пристальным становится внимание к этим техногигантам, как будто мы сейчас в самой горячей точке, когда все уже поняли, что они действительно очень и очень властные, и сейчас мы смотрим, как эти власти просто борются между собой.

Да.

Окей, мы вообще начинали и весь эпизод мы с тобой говорили о том, что телефоны не свободны, что мы покупаем устройство, платим за него сколько-то денег, довольно много.

И при этом не можем устанавливать те программы, которые захотим.

Да, и в этом смысле мы как бы ограничены производителями. И мы во многом в этом разговоре отталкивались от примера компьютеров, что вот в компьютерах всё по-другому, там всё не так, там всё свободно. Это до сих пор так. Компьютеры до сих пор свободные.

Это очень тонкий вопрос, потому что в каком-то смысле компьютеры до сих пор самая свободная платформа, потому что ты можешь самостоятельно собрать системный блок из стандартных компонентов и установить на него любую операционную систему и пользоваться им. И я надеюсь, что когда-нибудь я смогу наконец-то без проблем менять батарейки в айфоне или... Представить, что я там еще оперативную память добавлю, это, конечно, вообще сложно представить. Или процессор поменять. Или камеру, наконец, поставлю более крутую, а все остальное останется как раньше. До этого очень далеко еще. И есть какие-то принципиальные причины, почему так не делают. Ну, потому что маленькие размеры, вот это все. Но если телефоны движутся в сторону больше открытости, то компьютеры движутся в сторону больше закрытости, скорее. Я хочу тут подсветить это. нотаризация Apple. Это про то, что теперь для того, чтобы запустить программу, написанную для MacBook, разработчику этой программы нужно получить специальную подпись от Apple. То есть ты все еще можешь распространять программы через сайты, ну то есть просто через интернет в виде файлов, но теперь эти программы должны быть подписаны специальной цифровой подписью разработчика, а та в свою очередь должна быть заверена подписью Apple. И если Apple не заверила своей подписью, то ты либо эту программу совсем не запустишь, либо она там будет кричать, что это может быть вирус, очень опасно, ни в коем случае не запускай. Но ты типа там можешь специальные кнопочки нажать и в настройках что-то разрешить, вот примерно как в Андроиде на самом деле. В настройках что-то разрешить, и вот тогда ты сможешь ее запустить. И в этом плане это вот тоже движение от абсолютной автономии, такой суверенности, но не суверенности по плану государства, а суверенности пользователя каждого. Я сам решаю, что он в моей программе работает, которая была всегда на персональных компьютерах. В вебе ее нет. Типа в интернете, если ты покупаешь подписку на какой-то сервис, ты ожидаешь, что он в любой момент может отключиться, пропасть, и вот это все. Поэтому казалось, что программа, которую ты купила, которая запустила себя на компьютере, это в каком-то смысле безопасно. И вот нотаризация эпловская, она двигает эти флажки в сторону меньшей власти пользователей и большей власти корпораций. Это одна история.

Это правда очень похоже на App Store, потому что как бы опять же мы утыкаемся, что есть какая-то ревью-тим, которая говорит, круто или не круто, пропускаем или не пропускаем, и от этого зависит, будет у тебя это приложение скачано. Типа сможешь ли ты его загрузить из браузера, как ты делал это всю дорогу или нет.

Еще одна история, мне кажется, важно ее подсветить, она не с Эплом связана, а с Майкрософтом в первую очередь и с производителями железа. С производителями железа не телефонного, а компьютерного. Обычные системные блоки, обычные материнские платы, процессоры. Там есть программы BIOS. Это типа вот самая-самая первая программа, которая запускается у тебя на компьютере, когда ты включаешь его в розетку. Эта программа нужна, на самом деле, в основном для того, чтобы запустить операционную систему. То есть это такая поэтапная штука, ты не можешь сразу запустить операционку, тебе сначала нужно что-то очень низкоуровневое, что будет прямо с железом говорить. И современный BIOS, UEFI, он, кажется, называется, в общем, современный BIOS не запустит операционную систему, если она не подписана Майкрософтом.

Такая история.

И это сделано для того, чтобы вирусы не могли сделать вид, что они операционная система. Чтобы вирусы не могли проникнуть на самый-самый низкий уровень так называемой ядра операционной системы. Чтобы не получилось так, что ты только включил компьютер-розетку, нажал на кнопку, а у тебя сразу запустился вирус. Потому что если это вдруг произойдет, то выкурить оттуда этот вирус уже будет невозможно. И защита от этого такая, что давайте мы будем подписывать вот это самое, так называемый загрузчик операционной системы, давайте будем его подписывать цифровой подписью.

Но плата за это такая, что теперь разработчик, который хочет написать свою операционную систему, должен всегда проходить вот этот дополнительный чек. И без этого чека у него ничего не получится.

У него ничего не получится, он не сможет распространять эту свою операционную систему. Этот загрузчик даже, не саму операционную систему, а загрузчик операционной системы. Больше всего в этот момент возмутились пользователю Линукса, потому что ну как бы Линукс, это же свободная операционная система, ее разрабатывают тысячи людей, мы же не можем всей все подписываться. Там подписывается загрузчик ядра, самая-самая низкоуровневая штука, которая редко меняется, которую делают не так много людей, все в порядке. То есть на практическую сторону вопроса это пока влияет очень мало. Но тут мы опять видим вот этот натяжение, этот конфликт между безопасностью и свободой, и опять мы сделали шаг в сторону большей безопасности и отказались от части своих свобод цифровых. Знаешь, в каком-то смысле сейчас большая часть власти корпорации основана на цифровой подписи. Я сейчас подумал, и на iPhone почему ты не можешь установить другую программу? Потому что правильная версия iOS подписана цифровой подписью. И эта цифровая подпись вшита в железо. Ты ее оттуда не выковыряешь. И Apple просто не подпишет ту версию операционной системы для iPhone, которую ты сделаешь, поэтому ты не можешь ее запустить. И это все базируется на очень хитрой математике, криптографии, такой очень продвинутой криптографии. И вообще концепт цифровой подписи – это дико интересная штука, у нас про это есть отдельный эпизод. То есть, власть корпорации в каком-то смысле поддерживает математика. Вещь, которую, типа, невозможно взломать, невозможно подкупить, невозможно обмануть. И у меня есть как это, брезжит, что, возможно, есть и такая математика, математика, которая могла бы помочь обычным людям, типа, дать власть нам. И это, мне кажется, в каком-то смысле надежда вот этого крипто-сообщества, вот этих крипто-анархистов всяких, типа, есть надежда, что есть эти алгоритмы, просто мы их пока еще не нашли. И концепция цифровой подписи, на самом деле, довольно свежая, это произошло буквально там точно в последнем столетии. И, возможно, есть та математика, которая поможет нам, обычным людям, типа, получить власть обратно. И она будет такой же нерушимой, как та математика, которой сейчас помогает корпорация.

Слушай, звучит, конечно, очень красиво. Я понимаю всю эту романтику криптоанархизма, но мне кажется, что в каком-то смысле всё гораздо проще. Просто технологии— это правда ещё очень свежая вещь, и люди не привыкли в них разбираться. Они не знают, как они устроены. Очень часто им нужно помочь задаться вопросом. А почему так? А почему я покупаю устройства и не могу им пользоваться? Мне кажется, что мы в той точке, когда эта привычка еще не выработалась у пользователей. И когда она выработается, и когда много людей будут задаваться вопросами, может быть, что-то поменяется. По крайней мере, у меня есть такое соображение.

Абсолютно с тобой согласен и очень на это надеюсь. Я, как технарий, ищу техническое решение социальных проблем. А, возможно, достаточно будет того, что люди станут лучше разбираться в технологиях и применят здравый смысл к тому, что с нами происходит. Это подкаст студии Либо-Либо, а IT-разработчик «Контур». Следующий эпизод выйдет через неделю, а пока вы можете послушать бонусы. Каким было программирование 40 лет назад? Кто назначает срок годности нашему устройству? Все ли VPN одинаково полезны? Слушайте в платном Telegram-канале по подписке Либо-Либо плюс в Apple подкастах на Boosty и в Patreon. Все ссылки в описании. Над подкастом работали. Редакторка— Рита Берденникова. Продюсеры— Данил Остапов и Евгений Охрещенович. Звукорежиссер— Юрий Шустицкий. За джингл спасибо Алексею Зеленскому.